Кто зимует вместе с нами, стойко перенося все тяготы суровой поры? Конечно, это воробышки. Эти незатейливые птички с коричневыми, в черных пятнышках, спинками и серыми шейками испокон веков селятся вблизи людского жилья, и до сих пор остаются верными спутниками человека. Воробей – любимый герой детских книжек и песенок, где он описан, как беспечный гуляка и задира. Реальная жизнь воробьев, как раз наоборот, полна забот и лишений. После холодной и голодной зимы, уже в марте, молодые парочки воробьев подыскивают себе место для гнезда. Когда перелетные птицы еще только возвращаются с юга, в воробьиных семьях уже вовсю пищат желторотые, прожорливые птенцы. Поздняя, затяжная весна, холодные дожди и промозглые ветры не дают развиваться насекомым – основному корму пернатых малышей, поэтому заботливые родители вынуждены подолгу сидеть в гнездах, согревая своим теплом голодных детей. Они и сами голодают, пролетая мимо кормушек с зерном или хлебными крошками, потому что птенцы едят только насекомых. Отчаявшись, воробьи-родители даже собирают своим голодным малышам лепестки цветущих, ранних трав. Постепенно весна окутывает теплом всю необъятную ширь и высь, и окрепшее воробьиное потомство благополучно вылетает из родного гнезда. Щедрое, красное лето всем птенцам не только прокормиться, но и при к самостоятельной жизни. Они учатся ловко уворачиваться от хитрых, подкрадывающихся кошек и рогаток хулиганистых мальчишек. Наступает осень, дождливая и грустная. Многие пернатые улетают в теплые края, бросив осиротевшие гнезда. А с нами остаются зимовать сороки, синицы, галки и, конечно, любимые всеми, шустрые воробышки, которые будут весело стучать клювиками по рассыпанным хлебным крошкам на подоконниках.
Религиозно-этические взгляды писателя опираются как на фундамент на учение об истинной жизни. Оно включает в себя заповеди Иисуса Христа из Нагорной проповеди, приведенной в Евангелии от Матфея. Краеугольным камнем программы самоусовершенствования является заповедь о непротивлении злу насилием. Злом нельзя уничтожить зло, единственное средство борьбы с насилием — воздержание от насилия: только добро, встречаясь со злом, но не заражаясь им в активном духовном противостоянии злу победить его. Толстой допускает, что вопиющий факт насилия или убийства может заставить человека ответить на это насилием. Но подобная ситуация — частный случай. Насилие не должно провозглашаться как принцип жизни, как закон ее.
Зло современной общественной морали Толстой видит в том, что правительственная партия, с одной стороны, и революционная — с другой, хотят оправдать насилие разумными основаниями. На отступлениях от норм нельзя строить правила жизни, нельзя формулировать ее законы.
К заповеди непротивления злу насилием примыкают еще четыре нравственных закона: не прелюбодействуй и соблюдай чистоту семейной жизни; не клянись и не присягай никому и ни в чем; не мсти никому и не оправдывай чувства мести тем, что тебя обидели, учись терпеть обиды; помни: все люди братья — и учись во врагах видеть доброе.
С позиций этих вечных нравственных истин Толстой развертывает беспощадную критику современных ему общественных институтов: церкви, государства, собственности и семьи. При этом Толстой берет из Евангелия только нравственные заповеди отказывая Ему в Божественном происхождении, считая воскресение и вознесение Христа мифом и вымыслом древних народов. Но если Христос не богочеловек, то и церковь с ее таинствами теряет всякий смысл. И Толстой приходит к полному отрицанию церкви, вызывая решение Синода о его отлучении. Учение Толстого превращается в ересь, близкую к ереси духоборов и других народных сект, с которыми писатель устанавливает духовные связи. Особенно много последователей он находит в среде русской интеллигенции, которая начинает объединяться в колонии и вести трудовой, земледельческий образ жизни.
Воробей – любимый герой детских книжек и песенок, где он описан, как беспечный гуляка и задира. Реальная жизнь воробьев, как раз наоборот, полна забот и лишений. После холодной и голодной зимы, уже в марте, молодые парочки воробьев подыскивают себе место для гнезда. Когда перелетные птицы еще только возвращаются с юга, в воробьиных семьях уже вовсю пищат желторотые, прожорливые птенцы.
Поздняя, затяжная весна, холодные дожди и промозглые ветры не дают развиваться насекомым – основному корму пернатых малышей, поэтому заботливые родители вынуждены подолгу сидеть в гнездах, согревая своим теплом голодных детей. Они и сами голодают, пролетая мимо кормушек с зерном или хлебными крошками, потому что птенцы едят только насекомых. Отчаявшись, воробьи-родители даже собирают своим голодным малышам лепестки цветущих, ранних трав.
Постепенно весна окутывает теплом всю необъятную ширь и высь, и окрепшее воробьиное потомство благополучно вылетает из родного гнезда.
Щедрое, красное лето всем птенцам не только прокормиться, но и при к самостоятельной жизни. Они учатся ловко уворачиваться от хитрых, подкрадывающихся кошек и рогаток хулиганистых мальчишек.
Наступает осень, дождливая и грустная. Многие пернатые улетают в теплые края, бросив осиротевшие гнезда. А с нами остаются зимовать сороки, синицы, галки и, конечно, любимые всеми, шустрые воробышки, которые будут весело стучать клювиками по рассыпанным хлебным крошкам на подоконниках.
21:22 Религиозно-этические взгляды Толстого
Религиозно-этические взгляды писателя опираются как на фундамент на учение об истинной жизни. Оно включает в себя заповеди Иисуса Христа из Нагорной проповеди, приведенной в Евангелии от Матфея. Краеугольным камнем программы самоусовершенствования является заповедь о непротивлении злу насилием. Злом нельзя уничтожить зло, единственное средство борьбы с насилием — воздержание от насилия: только добро, встречаясь со злом, но не заражаясь им в активном духовном противостоянии злу победить его. Толстой допускает, что вопиющий факт насилия или убийства может заставить человека ответить на это насилием. Но подобная ситуация — частный случай. Насилие не должно провозглашаться как принцип жизни, как закон ее.
Зло современной общественной морали Толстой видит в том, что правительственная партия, с одной стороны, и революционная — с другой, хотят оправдать насилие разумными основаниями. На отступлениях от норм нельзя строить правила жизни, нельзя формулировать ее законы.
К заповеди непротивления злу насилием примыкают еще четыре нравственных закона: не прелюбодействуй и соблюдай чистоту семейной жизни; не клянись и не присягай никому и ни в чем; не мсти никому и не оправдывай чувства мести тем, что тебя обидели, учись терпеть обиды; помни: все люди братья — и учись во врагах видеть доброе.
С позиций этих вечных нравственных истин Толстой развертывает беспощадную критику современных ему общественных институтов: церкви, государства, собственности и семьи. При этом Толстой берет из Евангелия только нравственные заповеди отказывая Ему в Божественном происхождении, считая воскресение и вознесение Христа мифом и вымыслом древних народов. Но если Христос не богочеловек, то и церковь с ее таинствами теряет всякий смысл. И Толстой приходит к полному отрицанию церкви, вызывая решение Синода о его отлучении. Учение Толстого превращается в ересь, близкую к ереси духоборов и других народных сект, с которыми писатель устанавливает духовные связи. Особенно много последователей он находит в среде русской интеллигенции, которая начинает объединяться в колонии и вести трудовой, земледельческий образ жизни.