Человек я удивительно глупый. Познакомились бы вы со мной, сразу поняли бы, что я имею в виду. На самой деле я далеко не дурак и кое в чём разбираюсь не хуже других. Но вот с задачками в школе у меня беда, сплошные нелады. Какое первое действие, какое второе, какое четвёртое или пятое? Нет, в этом я разобраться не могу, по глупости. Химия, физика, математика! Как подумаю, что будет со мной в старших классах, сразу же хочется быстро сесть в самолёт и улететь хоть на край света и пожить там в тишине, совершенно не думая о том, сколько стоит метр ситца, если семь метров бархата в сорок раз дороже трёх метров капрона.
И учителя, и ребята, и девчонки из нашего класса – все хотят научить меня уму-разуму – научить задачки решать. Все Ко мне даже разных учеников прикрепляли, кто поумнее меня, в Помню, что толку от этого было мало. Теперь мне Игорька прикрепили, и картина резко изменилась. Теперь у меня всё чаще и чаще вместо двоек появляются тройки. Не могу сказать, что они очень крепкие, эти тройки, но это уже не двойки, не-ет… Видно, в школе так решили, что раз я знаю немножечко больше, чем на двойку, двойку ставить уже несправедливо. Сами понимаете, как я рад и благодарен Игорьку. Человек он, правда, довольно противный, но умница, не то что я, хотя роста он ничтожного, клоп совсем, и головка у него до того маленькая, что я никак не могу понять, как он так запросто может решать эти задачки. Ему совершенно безразлично, с какого действия начинать решать – с первого или с пятого, ему с самого начала ясно, что к чему и какой будет ответ. И объясняет он просто прекрасно, и я ему очень благодарен, хотя человек он довольно-таки противный. Я как-то раз захожу к нему на днях потренироваться в задачках, а он мне говорит:
- Ты, - говорит – возьми мою тетрадку, всё перекатай, а потом сам сообразишь, что к чему, мне с тобой сегодня неохота возиться, у меня сегодня день рождения.
Художник на последний двугривенный покупает в картинной
лавке на Щукином дворе старинный портрет.
На портрете изображен "старик с лицом бронзового цвета,
скулистым, чахлым", но наделённым "не северною силою".
Художник отдаёт деньги, необходимые на пропитание,
за картину.
Он не совершает ничего дурного; он верен искусству.
Но все владельцы картины становились её жертвами.
Значит купив её, художник обречен разделить их судьбу.
Единственная вина Чарткова заключена лишь в том,
что он не сумел устоять перед дьявольским наваждением,
которое приблизилось к нему на опасное расстояние и
засосало в себя, как трясина.
Проснувшись утром после кошмара (из рам портрета
выходит старик ростовщик, который пересчитывает
свои червонцы),
Чартков обнаруживает сверток с 1000 червонцами.
Душа его словно раздваивается: в нём спорят истинный
художник, мечтающий о трех годах спокойной и
самоотверженной работы, и двадцатилетний юноша,
любящий кутнуть и склонный к модной бойкости красок.
Житейская страсть побеждает; художник в нём
начинает умирать.
Польстив ради успеха "аристократической даме"
(читай-богатым заказчикам), Чартков изменил
чистоте искусства.
И талант стал покидать Чарткова, изменил ему.
Постепенно Чартков становится одним из "движущихся
каменных гробов с мертвецом вместо сердца".
Он превратился в ангела - падшего.
Объяснение:
Человек я удивительно глупый. Познакомились бы вы со мной, сразу поняли бы, что я имею в виду. На самой деле я далеко не дурак и кое в чём разбираюсь не хуже других. Но вот с задачками в школе у меня беда, сплошные нелады. Какое первое действие, какое второе, какое четвёртое или пятое? Нет, в этом я разобраться не могу, по глупости. Химия, физика, математика! Как подумаю, что будет со мной в старших классах, сразу же хочется быстро сесть в самолёт и улететь хоть на край света и пожить там в тишине, совершенно не думая о том, сколько стоит метр ситца, если семь метров бархата в сорок раз дороже трёх метров капрона.
И учителя, и ребята, и девчонки из нашего класса – все хотят научить меня уму-разуму – научить задачки решать. Все Ко мне даже разных учеников прикрепляли, кто поумнее меня, в Помню, что толку от этого было мало. Теперь мне Игорька прикрепили, и картина резко изменилась. Теперь у меня всё чаще и чаще вместо двоек появляются тройки. Не могу сказать, что они очень крепкие, эти тройки, но это уже не двойки, не-ет… Видно, в школе так решили, что раз я знаю немножечко больше, чем на двойку, двойку ставить уже несправедливо. Сами понимаете, как я рад и благодарен Игорьку. Человек он, правда, довольно противный, но умница, не то что я, хотя роста он ничтожного, клоп совсем, и головка у него до того маленькая, что я никак не могу понять, как он так запросто может решать эти задачки. Ему совершенно безразлично, с какого действия начинать решать – с первого или с пятого, ему с самого начала ясно, что к чему и какой будет ответ. И объясняет он просто прекрасно, и я ему очень благодарен, хотя человек он довольно-таки противный. Я как-то раз захожу к нему на днях потренироваться в задачках, а он мне говорит:
- Ты, - говорит – возьми мою тетрадку, всё перекатай, а потом сам сообразишь, что к чему, мне с тобой сегодня неохота возиться, у меня сегодня день рождения.