А.С. Пушкин прославился в литературе не только своими стихами, но и прозой. И в прозе тоже он был зачинателем, открывателем новых путей для русской литературы. В сознании Пушкина проза была особенной, отличной от поэзии областью художественного творчества. Он создавал свои «Повести Белкина» легко и быстро, с видимым наслаждением, увлеченно испытывая радость живого вдохновения. Повести эти – свободные опыты, отличающиеся друг от друга по художественному типу и манере повествования. «Барышня-крестьянка» – это род шутливого и легкого рассказа, построенного на реально-бытовой основе, с незамысловатыми сюжетными ходами, с облегченно счастливым концом. Она подводит итог всему циклу. В основе повести лежат любовные тайны и переодевания двух молодых людей – Алексея Берестова и Лизы Муромский, принадлежащих к сначала враждующим, а затем примирившимся семействам. Оба помещика – обыкновенные русские баре, а их особое предпочтение той или иной культуре, своей или чужой – наносное поветрие, возникающее от беспросветной провинциальной скуки и каприза. Таким путем вводится ироническое переосмысление книжных представлений (имя героини связано с повестью Н.М. Карамзина «Бедная Лиза» и с подражаниями ей, война Берестова и Муромского парадирует войну семейств Мантекки и Капулетти в трагедии Шекспира «Ромео и Джульетта»). Ироническое преображение касается и других деталей. У Алексея Берестова есть собака, которая носит кличку Сбогар (имя героя романа Ш. Нодье «Жан Сбогар»). Настя, служанка Лизы, была «лицом гораздо более значительным, нежели любая наперсница во французской трагедии», и т.д. Значимые детали характеризуют быт провинциального дворянства, не чуждый просвещения и тронутый порчей жеманства и кокетства. Но за подражательными масками скрыты вполне здоровые, жизнерадостные персонажи. Сентиментально-романтический грим густо наложен не только на характеры, но и на самый сюжет. Таинственности Алексея соответствуют проделки Лизы, которая переодевается сначала в крестьянское платье, чтобы узнать поближе молодого барина, а затем во французскую аристократку времен Людовика XIV, дабы не быть узнанной Алексеем. Под маской крестьянки Лиза приглянулась Алексею и сама почувствовала сердечное влечение к молодому барину. Все внешние препятствия легко преодолеваются, шуточные драматические коллизии рассеиваются, когда реальные жизненные условия требуют исполнения воли родителей вопреки, казалось бы, чувствам детей. Пушкин смеется над сентиментально-романтическими уловками персонажей и, смывая грим, являет их действительные лица, сияющие молодостью, здоровьем, наполненные светом радостного приятия жизни. В «Барышне-крестьянке» по-новому повторены и обыграны разнообразные ситуации других повестей. Например, мотив социального неравенства как препятствия для соединения влюбленных, встречаемый в «Метели» и в «Станционном смотрителе». При этом в «Барышне-крестьянке» социальная преграда, по сравнению с «Метелью» и даже со «Станционным смотрителем», возрастает. Сопротивление отца изображается более сильным (личная вражда Муромского с Берестовым), но искусственность, мнимость социальной преграды также увеличивается и затем полностью исчезает. Сопротивление воле родителей не нужно: их вражда оборачивается противоположными чувствами, и отцы Лизы и Алексея испытывают друг к другу душевную приязнь. Герои играют разные роли, но находятся в неравном положении: Лизе об Алексее известно все, тогда как Лиза для Алексея покрыта тайной. Интрига держится на том, что Алексей давно разгадан Лизой, а Лизу ему еще предстоит разгадать. Каждый персонаж этой повести двоится и даже троится. Образ Лизы - на «крестьянку», неприступную жеманницу-кокетку старых времен и смуглую «барышню». Образ Алексея – на «камердинера» барина, на «мрачного и таинственного байронического сердцееда-скитальца», «путешествующего» по окрестным лесам, и доброго, пылкого малого с чистым сердцем, бешеного баловника. Если в «Метели» у Марьи Гавриловны два претендента на ее руку, то в «Барышне-крестьянке» – один. Однако сама Лиза предстает в двух видах и сознательно играет две роли, пародируя как сентиментальные и романтические повести, так и исторические нравоучительные рассказы. При этом пародия Лизы подвергается новой пародии Пушкина. «Барышня-крестьянка» – это пародия на пародии. Отсюда понятно, что комический компонент в «Барышне-крестьянке» многократно усилен и сгущен. Кроме того, в отличие от героини «Метели», с которой играет судьба, Лиза Муромская – не игралище судьбы: она сама создает обстоятельства, эпизоды, случаи и делает все, чтобы познакомиться с молодым барином и завлечь его в свои любовные сети. В отличие от «Станционного смотрителя», именно в повести «Барышня-крестьянка» происходит воссоединение детей и родителей и общий миропорядок весело торжествует.
В сознании Пушкина проза была особенной, отличной от поэзии областью художественного творчества. Он создавал свои «Повести Белкина» легко и быстро, с видимым наслаждением, увлеченно испытывая радость живого вдохновения. Повести эти – свободные опыты, отличающиеся друг от друга по художественному типу и манере повествования.
«Барышня-крестьянка» – это род шутливого и легкого рассказа, построенного на реально-бытовой основе, с незамысловатыми сюжетными ходами, с облегченно счастливым концом. Она подводит итог всему циклу.
В основе повести лежат любовные тайны и переодевания двух молодых людей – Алексея Берестова и Лизы Муромский, принадлежащих к сначала враждующим, а затем примирившимся семействам. Оба помещика – обыкновенные русские баре, а их особое предпочтение той или иной культуре, своей или чужой – наносное поветрие, возникающее от беспросветной провинциальной скуки и каприза.
Таким путем вводится ироническое переосмысление книжных представлений (имя героини связано с повестью Н.М. Карамзина «Бедная Лиза» и с подражаниями ей, война Берестова и Муромского парадирует войну семейств Мантекки и Капулетти в трагедии Шекспира «Ромео и Джульетта»). Ироническое преображение касается и других деталей. У Алексея Берестова есть собака, которая носит кличку Сбогар (имя героя романа Ш. Нодье «Жан Сбогар»). Настя, служанка Лизы, была «лицом гораздо более значительным, нежели любая наперсница во французской трагедии», и т.д. Значимые детали характеризуют быт провинциального дворянства, не чуждый просвещения и тронутый порчей жеманства и кокетства.
Но за подражательными масками скрыты вполне здоровые, жизнерадостные персонажи. Сентиментально-романтический грим густо наложен не только на характеры, но и на самый сюжет. Таинственности Алексея соответствуют проделки Лизы, которая переодевается сначала в крестьянское платье, чтобы узнать поближе молодого барина, а затем во французскую аристократку времен Людовика XIV, дабы не быть узнанной Алексеем.
Под маской крестьянки Лиза приглянулась Алексею и сама почувствовала сердечное влечение к молодому барину. Все внешние препятствия легко преодолеваются, шуточные драматические коллизии рассеиваются, когда реальные жизненные условия требуют исполнения воли родителей вопреки, казалось бы, чувствам детей. Пушкин смеется над сентиментально-романтическими уловками персонажей и, смывая грим, являет их действительные лица, сияющие молодостью, здоровьем, наполненные светом радостного приятия жизни.
В «Барышне-крестьянке» по-новому повторены и обыграны разнообразные ситуации других повестей. Например, мотив социального неравенства как препятствия для соединения влюбленных, встречаемый в «Метели» и в «Станционном смотрителе». При этом в «Барышне-крестьянке» социальная преграда, по сравнению с «Метелью» и даже со «Станционным смотрителем», возрастает. Сопротивление отца изображается более сильным (личная вражда Муромского с Берестовым), но искусственность, мнимость социальной преграды также увеличивается и затем полностью исчезает. Сопротивление воле родителей не нужно: их вражда оборачивается противоположными чувствами, и отцы Лизы и Алексея испытывают друг к другу душевную приязнь.
Герои играют разные роли, но находятся в неравном положении: Лизе об Алексее известно все, тогда как Лиза для Алексея покрыта тайной. Интрига держится на том, что Алексей давно разгадан Лизой, а Лизу ему еще предстоит разгадать.
Каждый персонаж этой повести двоится и даже троится. Образ Лизы - на «крестьянку», неприступную жеманницу-кокетку старых времен и смуглую «барышню». Образ Алексея – на «камердинера» барина, на «мрачного и таинственного байронического сердцееда-скитальца», «путешествующего» по окрестным лесам, и доброго, пылкого малого с чистым сердцем, бешеного баловника.
Если в «Метели» у Марьи Гавриловны два претендента на ее руку, то в «Барышне-крестьянке» – один. Однако сама Лиза предстает в двух видах и сознательно играет две роли, пародируя как сентиментальные и романтические повести, так и исторические нравоучительные рассказы. При этом пародия Лизы подвергается новой пародии Пушкина.
«Барышня-крестьянка» – это пародия на пародии. Отсюда понятно, что комический компонент в «Барышне-крестьянке» многократно усилен и сгущен. Кроме того, в отличие от героини «Метели», с которой играет судьба, Лиза Муромская – не игралище судьбы: она сама создает обстоятельства, эпизоды, случаи и делает все, чтобы познакомиться с молодым барином и завлечь его в свои любовные сети.
В отличие от «Станционного смотрителя», именно в повести «Барышня-крестьянка» происходит воссоединение детей и родителей и общий миропорядок весело торжествует.
Объяснение:
Образная выразительность достигается писателем не столько
количеством используемых слов, сколько виртуозностью
сопоставлений и сочетаний
("несметные глаза", "траурные" волны, надвигающийся
"своей чернотой" остров, "сияющие утренние пары над морем",
"яростные взвизгивания сирены" и т. д.) .
Используя однородные эпитеты, Бунин варьирует их
качественные характеристики таким образом, чтобы
они не заслоняли друг друга, но дополняли.
Сочетания со значением цвета, звука, температуры,
объема, запаха даются автором в разных, подчас
разнополярных, сочетаниях.
Олицетворение: корабль, плывущий по водам океана, -
не ковчег а город Вавилон,
погибшая цивилизация;
“Нет имени у господина” – олицетворение типичного человека
потребительской цивилизации.
“Океан, ходивший за стенами” парохода – символ стихии,
природы, противостоящей цивилизации.
“Влюбленная пара”, нанятая за деньги, чтобы изображать
любовь – олицетворение того, что в буржуазном обществе
всё продается и покупается.
Ящик из-под содовой – символ равенства всех людей после
смерти.
Фигура Дьявола на скалах Гибралтара – олицетворение зла.
Песни и молитвы абруццких горцев – символ гармоничного
существования человека и природы.
Господин – идол золота, "золотой болван".
корабельный трюм – преисподняя, чистилище, ад.
Капитан – держатель судеб. Начальник над трюмом.
Властитель Господ.
Кольцевая композиция подчеркивает бессмысленность
движения, обречённость.
Метафора; этажи "Атлантиды" зияли во мраке как бы
огненными несметными глазами;
золотыми пломбами блестели его крупные зубы,
старой слоновой костью - крепкая лысая голова;
кусками сахара насыпанный у подножия чего-то
сизого Неаполь; золотые удавы от фонарей пристани
Эпитеты; (господин) сухой, невысокий, неладно скроенный,
но крепко сшитый;
(жена) крупная, широкая и спокойная
(дочь) высокая, тонкая, с великолепными волосами,
прелестно убранными, с ароматическим дыханием и
с нежнейшими розовыми прыщиками возле губ.
блестящей толпы
некий великий (богач), бритый, длинный;
всесветная красавица;
изящная влюбленная (пара);
новый (пассажир), наследный принц маленький,
деревянный, широколицый, узкоглазый,
милый, простой и скромный; древняя царская кровь;
крупная и цветистая волна; тяжелый туман;
свинцовая зыбь моря; сырой ветер;
яростные (крики лодочников);
в белоснежных гипсовых (одеждах) и в царском венце,
золотисто-ржавом ,(матерь божия), кроткая и милостивая
Сравнение: неприятный тем, что крупные усы сквозили
у него как у мертвого;
как хвост павлина, волна; по смиряющимся волнам,
переливавшимся, как черное масло
Антитеза: неладно скроенный, но крепко сшитый