Эти качества идеальны для правителя во все времена. Плутарх так писал о характере Александра: «Филипп видел, что Александр от природы упрям, а когда рассердится, то не уступает никакому насилию, но зато разумным словом его легко можно склонить к принятию правильного решения, поэтому отец старался больше убеждать, чем приказывать» . Кроме того, Александр обладал личным мужеством, физической выносливостью, замечательной памятью, талантом полководца, политической дальновидностью, склонностью к авантюрам и поистине царственными качесттвами : предвзятостью суждений и отсутствием сожалений о сделанном.
Из доклада С. Ю. Витте Николаю II 18 марта 1905 г. Волнение, охватившее разнообразные слои общества, не может быть рассматриваемо как следствие частичных несовершенств государственного и социального устроения или только как результат организованных действий крайних партий. Корни этих волнений, несомненно, лежат глубже... Россия переросла форму существующего строя. Она стремится к строю правовому, на основе гражданской свободы.
Из воспоминаний начальника канцелярии Министерства императорского двора А. А. Мосолова Граф (Фредерике В. Б.— министр императорского двора) мне рассказал, что когда он, обрадованный приездом Николая Николаевича (великий князь, дядя Николая II), сказал ему, что его приезд ждали, чтобы назначить диктатором, великий князь, будучи в каком-то неестественном возбуждении, выхватил револьвер и закричал: «Если государь не примет программы Витте и захочет назначить меня диктатором, я застрелюсь у него на глазах из этого самого револьвера».
Волнение, охватившее разнообразные слои общества, не может быть рассматриваемо как следствие частичных несовершенств государственного и социального устроения или только как результат организованных действий крайних партий. Корни этих волнений, несомненно, лежат глубже... Россия переросла форму существующего строя. Она стремится к строю правовому, на основе гражданской свободы.
Из воспоминаний начальника канцелярии Министерства императорского двора А. А. Мосолова
Граф (Фредерике В. Б.— министр императорского двора) мне рассказал, что когда он, обрадованный приездом Николая Николаевича (великий князь, дядя Николая II), сказал ему, что его приезд ждали, чтобы назначить диктатором, великий князь, будучи в каком-то неестественном возбуждении, выхватил револьвер и закричал: «Если государь не примет программы Витте и захочет назначить меня диктатором, я застрелюсь у него на глазах из этого самого револьвера».