Начинать деятельность с просветительства освободить людей от рабства, Ахмет четко понимал это. В самом начале он открыл школы при дворе бая Ахметкерея Конысбаева, затем он открывает школу в селе Аманкарагай и на протяжении года учит детей. Вскоре после этого он переводится в двухлетнюю русско-казахскую школу в городе Костанай. Вот так начинается бурная учительская жизнь Ахмета. Об этом писал Сакен Сейфуллин: «Ахмет Байтурсынов человек не простой, он образованный человек. Он выходец из образованного класса, который был за тех, кто пострадал от унижения и издевательства хитрых и поганых прислужников царской власти, он человек, который не смог смолчать. Когда другие образованные господа искали чин и пагоны, Ахмет был единственный, кто заступался, боролся за честь и достоинства, который стремился пробудить дремлющее народное сознание, встряхнуть честь нации от притеснений, от рабства. Многие из образованных казахов продались уездным, губернаторам и судьям, устроились толмачами, некоторые продали даже честь и занимались предательством, Ахмет отдавал душу казахскому народу». Вот что пишет об этом сам поэт: Сеятель человечности - Вышел я в путь,
Пошёл туда, где нет зелени, цветов.
Посеял там зерна человечности
Дабы счастья людям подарить
Причины поражения: неясность целей, стихийность, раздробленность движения, отсутствие по-настоящему организованных и дисциплинированных военных сил. Особенности: движение отличалось своим размахом, ожесточённостью борьбы и большей, чем раньше, степенью организованности. Так, восставшими была создана Военная коллегия, ставшая главным штабом. Впервые появились элементы идиологии восстания, сформулированные в манифестах и указах Пугачёва. Это было самое крупное народное восстание в России.
Небольшая группа рабов с азартом играла в кости. Недавняя добыча переходила из рук в руки. Невезучие делали ставки на будущие трофеи, поглядывая в сторону богатых приморских имений.
Часть гладиаторов была занята делом: носили дрова для костров, варили в котлах обед, ставили палатки и шалаши. Часовые охраняли лагерь и следили за порядком.
Вторые сутки стоял Спартак на берегу Тирренского моря. Не только желание отдохнуть по примеру римских патрициев привело гладиаторов в эти благодатные места. Дело в том, что гладиаторы и беглые рабы решили попробовать пиратского счастья. Идея, в общем-то, неплохая: в те времена огромное Средиземное море от Геркулесовых столбов до азиатских берегов находилось во власти морских разбойников. Даже могучий Рим был не в силах с ними бороться. Но как воплотить мечты в жизнь?
С тоской рабы смотрели, как вдали проплывали богатые торговые корабли. Их путь лежал на Кипр и Самос, их ждали в гаванях Остии, Массилии, Нового Карфагена, Утики, Александрии, Брундизия, Тарента, Пирея и Тира. К чему этим судам плыть на пустынный берег, где нашла убежище толпа рабов? И ни одного пиратского корабля. Пиратов, конечно, манили приморские виллы римских патрициев, но находящиеся в них сокровища не стоили риска — опасность была велика: довольно часто вдоль берега сновали римские военные триеры.