Примером простейшего вида движения является . равномерноедвижение. Движение, при котором тело за любые равные промежутки времени выполняет одинаковые перемещения, называют равномерным.
Основной величиной, которая характеризует такое движение, является скорость. Скоростью равномерного прямолинейного движения тела называют отношение перемещения ко времени, за который это перемещение произошло. Скорость тела обозначается буквой ?, в Системе Интернациональной скорость измеряется в метрах, разделенных на секунду. Для того чтобы найти скорость, необходимо перемещение разделить на время. Скорость - векторная величина. Направление вектора скорости совпадает с направлением вектора перемещения.
Для решения основной задачи механики при равномерном прямолинейном движении необходимо знать начальную координату тела и проекцию вектора скорости на ось, вдоль которой движется тело. Скорость показывает скорость изменения координаты тела. Координата тела в любой момент времени равна сумме начальной координаты тела и произведения проекции вектора скорости на время.
олько опыт может научить нас чему-либо новому, только он может вооружить нас достоверностью.
Однако если опыт - все, то какое место остается математической физике? Тем не менее, математическая физика существует; она оказала нам неопровержимые услуги.
Дело в том, что одних наблюдений недостаточно; ими надо пользоваться, а для этого необходимо их обобщать [1]. Так всегда и поступали; однако поскольку память о бывших ошибках делала человека все более осмотрительным, то наблюдать стали все больше, а обобщать все меньше.
Каждое поколение смеется над предыдущим, обвиняя его в слишком поспешных и слишком наивных обобщениях. Декарт выражал сожаление по адресу философов - ионийцев; в свою очередь он вызывает улыбку у нас; без сомнения, когда-нибудь наши потомки посмеются над нами. Нельзя ли нам удовольствоваться одним только опытом?
Нет, это невозможно; такое стремление свидетельствовало бы о полном незнакомстве с истинным характером науки. Ученый должен систематизировать; наука строится из фактов, как дом из кирпичей; но простое собрание фактов столь же мало является наукой, как куча камней домом.
И, прежде всего, ученый должен предвидеть. Карлейль пишет примерно так: «Только факт имеет ценность; Иоанн Безземельный здесь: вот что заслуживает удивления, вот реальность, за которую я отдал бы все теории мира» [2]. Карлейль был соотечественник Бэкона; подобно последнему он постоянно пропагандировал свою веру. Физик скорее выразился бы так: « Иоанн Безземельный здесь: это меня мало интересует, потому что больше это не повторится».
Факт - всегда факт: студент сделал отсчет по своему термометру, не приняв никаких предосторожностей; пусть так - все же он сделал отсчет. Умелый физик излагает опыт, дающий нам возможность предвидеть.
Основной величиной, которая характеризует такое движение, является скорость. Скоростью равномерного прямолинейного движения тела называют отношение перемещения ко времени, за который это перемещение произошло. Скорость тела обозначается буквой ?, в Системе Интернациональной скорость измеряется в метрах, разделенных на секунду. Для того чтобы найти скорость, необходимо перемещение разделить на время. Скорость - векторная величина. Направление вектора скорости совпадает с направлением вектора перемещения.
Для решения основной задачи механики при равномерном прямолинейном движении необходимо знать начальную координату тела и проекцию вектора скорости на ось, вдоль которой движется тело. Скорость показывает скорость изменения координаты тела. Координата тела в любой момент времени равна сумме начальной координаты тела и произведения проекции вектора скорости на время.
Опыт - единственный источник истины
олько опыт может научить нас чему-либо новому, только он может вооружить нас достоверностью.
Однако если опыт - все, то какое место остается математической физике? Тем не менее, математическая физика существует; она оказала нам неопровержимые услуги.
Дело в том, что одних наблюдений недостаточно; ими надо пользоваться, а для этого необходимо их обобщать [1]. Так всегда и поступали; однако поскольку память о бывших ошибках делала человека все более осмотрительным, то наблюдать стали все больше, а обобщать все меньше.
Каждое поколение смеется над предыдущим, обвиняя его в слишком поспешных и слишком наивных обобщениях. Декарт выражал сожаление по адресу философов - ионийцев; в свою очередь он вызывает улыбку у нас; без сомнения, когда-нибудь наши потомки посмеются над нами. Нельзя ли нам удовольствоваться одним только опытом?
Нет, это невозможно; такое стремление свидетельствовало бы о полном незнакомстве с истинным характером науки. Ученый должен систематизировать; наука строится из фактов, как дом из кирпичей; но простое собрание фактов столь же мало является наукой, как куча камней домом.
И, прежде всего, ученый должен предвидеть. Карлейль пишет примерно так: «Только факт имеет ценность; Иоанн Безземельный здесь: вот что заслуживает удивления, вот реальность, за которую я отдал бы все теории мира» [2]. Карлейль был соотечественник Бэкона; подобно последнему он постоянно пропагандировал свою веру. Физик скорее выразился бы так: « Иоанн Безземельный здесь: это меня мало интересует, потому что больше это не повторится».
Факт - всегда факт: студент сделал отсчет по своему термометру, не приняв никаких предосторожностей; пусть так - все же он сделал отсчет. Умелый физик излагает опыт, дающий нам возможность предвидеть.